Дата публикации: 01.2008
Прислал: Ad
Источник: Rock Oracle #2, 2005

Интревью с Кимом Льюнгом (2005)

Zeromancer интересны не только своим творчеством, ном участниками, четверо из которых (Alex Moklebust, Erik Ljunggren, Kim Ljung и Noralf Ronthi) раньше трудились в группе Selgmen, а один (Chris Schleyer) - в Prick. Пятеро музыкантов смогли умело преподнести свои хитовые песни, быстро набравшие обороты не только в Европе, но и в Америке. Со времен Seigmen "мозгом" группы остается басисит Kim Ljung, идей которого, как оказалось, хватает и на Zeromancer, и на свои собственные произведения.

RO: Расскажите об эволюции вашей музыки. Что-нибудь наиболее существенно меняется с годами?
Kim: ZMR выпустили три альбома, каждый из которых обладает своей индивидуальностью. Даже если все их можно подвести под категорию индустриальных, то они также спокойно относятся к некоторым другим направлениям. Для ZMR необходимо развивать собственный стиль каждого альбома. Думаю, самые преданные поклонники сойдутся во мнении, что это и есть сильная сторона ZMR. Эксперименты со стилем выделяют нас из массы.

RO: Возможно, это сказано самоуверенно, но, кажется, что ZMR - одна из групп, чьи песни с разных альбомов не превращаются в однородную массу, и каждый из дисков несет определенное настроение. Легко ли вы приходите к согласию в группе во время записи альбома?
Kim: ZMR - это пять голов, каждая из которых имеет свое собственное мнение. Мы хорошо знаем друг друга и можем найти к друг другу подход. Все дело в общении. По-моему, тот факт, что каждый занимается своим делом, облегчает процесс. Всегда важно иметь возможность выйти из определенных рамок. Мы знаем предел своих возможностей: когда нужно продвинуться вперед, а когда нет.

RO: Предпочитаете ли вы ничего не слушать из творчества других групп в процессе записи, чтобы не попасть под их влияние?
Kim: Для всех музыкантов необходимы влияния. Во время записи ты дойдешь до точки в какой-то момент. Чтобы такие моменты были менее болезненны, ты можешь послушать музыку других людей и, получив вдохновение, начать двигаться в том или ином направлении. Конечно, мы создаем собственный звук, но иногда также хочется проверить, в каком окружении мы находимся.

RO: Приходилось ли вам прерывать запись из-за каких-либо проблем? Что это были за проблемы?
Kim: Я в шоу-бизнесе уже пятнадцать лет. Есть миллион аспектов. Сначала у нас были проблемы с языком, но это происходило давно, с нашей группой Seigmen. Мы дали слово звукозаписывающей компании, что запишем альбом на своем родном языке (норвежском - прим. RO) и на английском. В конце записи нас заботила только английская версия; мы совершенно случайно увидели свое обещание. Все закончилось в хаосе, в течение нескольких дней я написал слова для норвежской версии. Позже эта версия стала большим прорывом, номером один, и получила платиновый статус в нашей родной стране.

RO: Насколько важно для вас название альбома и его оформление?
Kim: Для меня название - самая важная вещь. Это всегда было так. Обычно я не могу написать песню, не имея для нее названия. Я знаю, что это немного необычно, но для меня срабатывает. Я все время занимаюсь оформлением буклета. Есть несколько причин: если не вложишь душу в работу, она долго не протянет; и нельзя недооценивать слушателей.

RO: Некоторые команды используют маски и грим. Возможно, это их протест, способ игры с публикой или попытка спрятаться от мира. Как вы к этому относитесь?
Kim: Лично я люблю, когда есть нечто большее, чем просто музыка. Но много действия - это что-то преимущественно относящееся к театру, чем к музыке; так я сейчас думаю. Множество музыкантов скрывают тот факт, что они не в состоянии создать отличную песню или хорошо исполнить ее.

RO: Многие, но отнюдь не все. Кстати, сами Zeromancer обычно не выходят на сцену просто в джинсах и майках. Где для вас интересней выступать, в Европе или в Америке?
Kim: Толпа есть толпа. Наши фанаты, заплатившие, чтобы увидеть шоу, не будут разочарованы, откуда бы они ни были. Уходя со сцены, мы обычно довольны концертом на сто процентов. Все воспринимается близко к сердцу; если я чувствую себя по-другому, значит, шоу не было полным. Я бы сказал, это худшее из чувств. Очень жаль, что у наших русских поклонников никогда не было шанса увидеть нас живьем. Надеюсь, ситуация изменится в ближайшем будущенм.

RO: Случается ли что-нибудь необычное во время тура?
Kim: Перед выходом на сцену мы все обнимаем друг друга

RO: Если бы вы узнали, что больше сможете играть или петь, какой была бы "лебединая" песня?
Kim: Определенно, это был реквием.

RO: Есть ли в вашей жизни место для классической музыки?
Kim: Я люблю классическую музыку. Несколько раз мы хотели использовать классические элементы в своих песнях. В записях Seigmen как-то принимали участие струнные ансамбли. На нашем последнем альбоме "ZZYZX" была сессия струнной секции для песни "Famous last words". На меня производит огромное впечатление просмотр фильмов с классической музыкой. Особенно я выделяю "Адажио для струнных" Самуэля Барбера.

RO: Вы романтики или реалисты?
Kim: Я бы сказал, что романтики. Иногда.

RO: Что происходит в жизни группы сейчас?
Kim: В данный момент ребята ждут меня. Только что я выпустил двойной альбом под названием "Ljungblut". Это очень личный альбом, показывающий меня как мягкого человека. Сейчас вы можете приобрести его в нашем веб-магазине, но, кажется, я заключаю сделку с Irond для России, Украины, Белоруссии и стран Балтии. Когда я закончу с этими ответами и отправлю их, смогу вернуться к подготовке нового альбома ZMR.

Светлана Руцкая